15:43 

Выдуманные настоящие поэты.

Parafron
read or die
Последний раз я открывала книжку Олдей лет - чтоб не соврать! - пять назад. Это была "Ойкумена", и я плевалась так, как не плевалась, пожалуй, со времен чтения... Впрочем, о признанных классиках, как о покойниках, - либо хорошо, либо ничего. Так что вернемся к нашим баранам. Олди подозрительно плодовитый писательский дуэт и, конечно, не все, что они настрочили, одинаково вкусно и полезно для подрастающего организма. Но!

Олег Ладыженский действительно хороший поэт.

И потому лучшее, к чему он приложил руку, тоже о поэтах. "Я возьму сам" об Аль-Мутанабби и "Одиссей сын Лаэрта" о Гомере. Изощренно стилизуя, бессовестно мистифицируя и безжалостно осовременивая, Олди написали две удивительные книжки, которые хочется читать вслух, просто потому что они просятся на язык. Как и положено поэзии. Касады и эпосы, газели и трагедии, рубаи и ямбы, арабы и эллины, конечно, не одно и то же. Но поэты-то как раз всюду одинаковы: те же пьяницы, безумцы, преступники, распутники. Эмиры и цари - лишь по случаю, воины и убийцы - только поневоле, зато авантюристы и любовники - всегда по призванию. Вот такой вот надуманный, нежизненный, но крайне лирический посыл у обеих книг. Зачем тогда это нужно читать? Вероятно, затем, чтобы полюбить поэзию. Ни за что. Просто так. От всего сердца. Как говорил когда-то мне мой отец, лирику можно любить только бескорыстно.

P.S. А поэтический сборник хитреца Ладыженского, продавшего вам свои строчки под чужими именами, называется "Мост над океаном". Это на тот всякий случай, если от "Касыды о взятии Кабира" вас закачает с той же силой, что и меня, и захочется продолжения банкета.

Олег Ладыженский

Баллада песни под виселицей

Его три раза вешали,
Три раза отпускали,
Да ну поэта к лешему! –
До дырок затаскали.
О бабах, что ли, брешет он?
Так это ж вор в законе!
Ходили слухи грешные
О Франсуа Вийоне.

Сто раз бывал под пыткою
По делу и без дела,
За душу слишком прыткую
Ответ держало тело.
Гуляй, эпоха, веселись,
Рви с языка слова!
В тени высоких виселиц
Шатался Франсуа.

Поэту кушать хочется,
Поэту выпить хочется,
Поэты так же корчатся
От боли, как и прочие,
А как поэтов вешают
Под колокольный звон!
К чему потомков вмешивать?
Не правда ли, Вийон?!

Года средневековые,
Простые да хорошие,
Слова цепями скованы,
Слова в застенок брошенны,
Была у инквизиции
Святейших подлецов
Почтенная традиция –
Плевать словам в лицо.

Наш век давно не каменный,
Труднее понимать его,
Одни Вийоны в камерах,
Другие – в хрестоматии.
К чему перемывать белье
Всемирного сортира?
Да ну ко всем чертям ее!
Изыди, сгинь, сатира!

Поэту кушать хочется,
Поэту выпить хочется,
А дуракам хохочется,
А головы морочатся,
Гуляй, эпоха, веселись,
Рви с языка слова!
Пока поют у виселиц,
Считай, что ты жива!

URL
   

главная